- Так неужели кролики, - продолжал юный удав, - никогда не пытались восстать против этого неприятного для них обычая?

- Была попытка, - ответил Косой, - но лучше ты меня об этом не спрашивай, мне это неприятно вспоминать...

- Но пожалуйста, - взмолился юный удав, - мне так хочется послушать про что-нибудь интересное!

- Дело в том, - отвечал Косой, - что восстал именно мой кролик, после чего я и остался одноглазым.

- Он что, тебе выцарапал глаз? - удивился юный удав.

- Не в прямом смысле, но, во всяком случае, по его вине я остался одноглазым, - сказал Косой, прислушиваясь, как воздействуют его слова на движение кролика внутри живота. Ничего, кролик как будто двигался...

- Расскажи, - снова взмолился юный удав, - мне очень хочется узнать, как это случилось...

Косой был очень старый и очень одинокий удав. Взрослые удавы к нему относились насмешливо или враждебно, поэтому он так дорожил дружеским отношением этого еще юного, но уже вполне умелого удава.

- Ладно, - согласился Косой, - я тебе расскажу, только учти, что это секрет, младые удавы о нем не должны знать.

- Никогда! - поклялся юный удав, как и все клянущиеся в таких случаях, принимая жар своего любопытства за горячую верность, клятве.

- Это случилось лет семьдесят тому назад, - начал Косой, - я тогда был ненамного старше тебя. В тот день я подстерег кролика у Ослиного Водопоя и вполне нормально проглотил его. Сначала все шло хорошо, но потом, когда кролик дошел до середины моего живота, он вдруг встал на задние лапы, уперся головой в мою спину и...

Тут Косой внезапно прервал свой рассказ и стал к чему-то прислушиваться.

- Уперся головой в твою спину и что? - в нетерпении спросил юный удав.